Николай Кононов: «Я требую от авторов: будьте безумны». Рецензия на книгу.

Жанр рецензии требует развернутого ответа. Хотя очень хочется ответить в духе Виктора Гюго и его издателя. Напомню, что автор и коммерсант обменялись весьма лаконичными заметками. Гюго вместе с рукописью выслал письмо, в котором был только вопросительный знак. Издатель ответил не менее изящно — в ответном письме был восклицательный знак. Новая книга Николая Кононова «Автор, ножницы, бумага» заслуживает вот такой значок.

Я бы не стал утверждать, что Кононов открыл Америку. Когда у тебя в обойме 33 буквы алфавита, открывать уже нечего. Сюжеты, приемы, техники писательского мастерства известны уже тысячу лет — со времен Аристотеля ничего нового, в глобальном смысле, не появилось.

Все дело в необъяснимой субстанции, которую называют талант. Талант есть труд. Труд есть пот. Это банальные истины и писать о них не очень интересно. Тем более, что большинство рецензентов увидели в книге Кононова — писателя. Я же увидел провидца.

И это показалось мне интереснее всего.

Исходя из аксиомы «читая книгу, каждый читает себя в книге», я обратил внимание на следующую мысль.

«В ближайшем будущем редакторы медиа окончательно разделятся на тех, кто упаковывает и раздает малокалиберный контент, управляя командой специалистов по быстрой реакции (реплики, картинки, фильтры), и тех, кто планирует, проектирует и продюсирует хорошо проработанные, сложные истории».

Добавлю — и делает свои медиа.

Убежден, что лет так через пятнадцать будущие читатели первым делом будут искать пометку «написано человеком». Уже сейчас многие перед общением в чате онлайн-магазина задают вопросы — ты бот или человек, и прекращают общение, если с той стороны — бот. Если действительно сбудуться прогнозы о массовой ботизации межчеловеческих коммуникаций, то личный бренд станет лучшим способом выделится в мире ботов.

И тут самое время взять книжку Кононова и поучиться писать «хорошо проработанные, сложные истории». Это своебразный гандикап, чтобы журналисту не быть уволенным уже 4 или 5 раз за последние годы в связи с драматическими переменами в медиа.

«Истории трагические или романтические нравились ключникам гораздо больше, чем пасторальные или описания природы. Неплохо шли истории юмористические и детективные, загадочные и мистические. Почти всегда срабатывали повествования мемуарные, но большинству людей приходилось рассказать всё мало-мальски интересное, случившееся в их жизни, чтобы удовлетворить ключника. Возможно, это было изощренной ловушкой, позволявшей воспользоваться Вратами любому человеку. Любому, но лишь один раз…» («Спектр», Сергей Лукьяненко)

Николай Кононов

Нынешним медиаменеджерам надо очень быстро бегать, чтобы поспевать за рынком. На фото — Николай Кононов во время Лосиноостровского полумарафона.